April 10th, 2019

Сергей Никольский. Жизнь после революции. Варлам Шаламов

Посвященная Шаламову часть пятой главы из книги Сергея Никольского "Империя и культура. Философско-литературное осмысление Октября", М. : ИФ РАН, 2017, - "Жизнь после революции. Андрей Платонов, Осип Мандельштам, Владимир Маяковский, Анна Ахматова, Варлам Шаламов". Электронная версия - на сайте Института Философии РАН.
Одно замечание на предмет того, что лежащего на поверхности недостаточно для философской рефлексии. Реакция Сиротинской относится не к "Письму в ЛГ", о котором Сиротинская узнала только из самой Литературной газеты (и была потрясена, надо сказать, не меньше, чем остальное "прогрессивное человечество"), а к заявлению Шаламова в приемную комиссию ССП, превратившемуся в "Письмо в ЛГ" благодаря провокации ее председателя Георгия Маркова. Иными словами, коли уж речь о таких материях как человеческие мотивы, Сиротинская отговаривала Шаламова от вступления в Союз советских писателей, что для автора "Колымских рассказов" действительно было "потерей лица" (советская жизнь к тому времени настолько нормализовалась, что породила некое подобие "света" с его диктаторскими замашками и стадным инстинктом). Позиция Сиротинской была еще радикальнее позиции диссидентов, да оно и понятно - дело шло о своем, кровном.

__________


Замятин, Пильняк, Блок, Мандельштам, Андрей Платонов, Ахматова - таков далеко не полный, но, несомненно, лучший, «первого ряда» литературный контекст, в пределах которого и, возможно, не сознавая этого, входил в послеоктябрьскую литературу Варлам Шаламов. Были ли эти авторы и их творения известны ему? Думаю, любой ответ не важен. Значимо то, что и они, и он одинаково ощущали воздух, которым дышала страна, сходно мыслили о ней и начавшихся в ней переменах.
Важнейшим для понимания творчества Шаламова является вопрос: как он воспринимал Октябрьскую революцию и пришедшую с ней Советскую власть? Конечно, десятилетнему ребенку или двадцатилетнему юноше, участвовавшему 7 ноября по случаю десятилетия Октября в демонстрации оппозиции под лозунгом «Выполним завещание Ленина!», понять ленинские истоки сталинизма вряд ли было под силу. Но у него зоркие глаза и все сохраняющая память. И поэтому спустя десятилетия он все же отвечает на этот вопрос, в частности, на страницах «Четвертой Вологды».
Collapse )