October 4th, 2019

Татьяна Воронина. Мотив чуда в стихах Шаламова о детстве

Статья опубликована в журнале "Вестник Череповецкого государственного университета", №6, 2017. Электронная версия - на сайте  КиберЛенинка

___________

"Домашней жизни чудеса" в лирике В.Т. Шаламова


В статье анализируется мотив чуда в стихах В.Т. Шаламова о детстве. Подробно рассматриваются четыре стихотворения. Делается вывод о том, что простые вещи в авторской ретроспекции приобретают статус чудесного. Все они связаны с домом, центром которого является мать. События прошлой жизни воскресают в сознании лирического субъекта и, увиденные через призму прожитого, осмысливаются как сверхъестественные и наделяются сверхзначимостью, определяют судьбу. Повседневные впечатления преображаются авторским зрением в онтологические картины.

Введение

В наследии В.Т. Шаламова относительно небольшое количество стихов связано с воспоминаниями о детстве и юности, проведенных в Вологде. Как справедливо отметил В.В. Есипов, биограф, исследователь и публикатор писателя, эти тексты «значительно расширяют представление о многообразии и богатстве поэтического творчества Шаламова, а также и о незримых духовных нитях, всегда связывающих его с родными местами» [6, с. 230], так как «Вологда оставалась частью жизни и размышлений Шаламова-поэта» [2]. В 2017 году вышла в свет книга «Четвертая Вологда» - прекрасно изданная и комментированная подборка произведений писателя, так или иначе сопряженных с малой родиной, в нее включено двадцать четыре стихотворения.
На наш взгляд, важным семантическим элементом в лирическом развертывании темы детства у Шаламова является мотив чуда. Согласно словарю В.И. Даля, чудо - «всякое явление, кое мы не умеем объяснить по известным нам законам природы. Диво, необычайная вещь или явление, случай; нежданная и противная предвидимой возможности, едва сбыточное» [1, с. 619]. В толковании фиксируется иррациональная, таинственная сущность явления, выход за пределы привычного порядка вещей. Чудо может выполнять функцию особой - космологической - формы коммуникации, традиционным является представление о нем как о «механизме связи Бога и человека» [3, с. 213]. Ю.В. Шатин связывает чудо с деавтоматизацией действия, указывает на его континуальность, невозможность толкования с точки зрения причинно-следственных связей (применительно к чуду они обратимы, а значит, условны) и отмечает, что в отличие от предшествующей культурной эпохи, разграничивающей событие и чудо, «литература нового времени, напротив, допускает изображение чуда как события и события как чуда (или его значимого отсутствия)» [7].

Collapse )

Франческо Варларо. Перевод на итальянский фитометафор Шаламова

Статья опубликована в журнале Вестник Томского государственного педагогического университета (TSPU Bulletin), № 7 (204), 2019, ТГПУ, Томск. Электронная версия - на сайте журнала.

_________


Фитометафоры в "Колымских рассказах" В. Шаламова и возможности их перевода на итальянский язык

Введение. В последние годы прошлого века понятийная сфера «мир растений» становится объектом исследовательского внимания лингвистов: рассматриваются терминологическая система и народные наименования, семантические и словообразовательные дериваты, символические значения имен растений и их роль в организации художественного текста. Ряд работ выполнен в русле сопоставительной лингвистики и лингвокультурологии.
Целью статьи является семантико-прагматический анализ фитометафор в «Колымских рассказах» Варлама Шаламова и возможности их перевода на итальянский язык.
Материал и методы. Материалом для изучения послужили «Колымские рассказы» В. Шаламова и его переводческие версии на итальянском языке, фитометафоры в русском и других языках (работы И. Гарбуйо и А. Г. Дементьевой), фитометафоры в тексте. Был применен в ходе исследования компонентный, дефиниционный, сопоставительный анализ.
Результаты и обсуждение. В прозе Шаламова важное место занимают антропоморфные детали при описании природы. Проанализировав первый цикл рассказов, можно разделить используемые авторские фитометафоры на четыре категории: 1) продукты растений, используемые в качестве своеобразной валюты; 2) внешние характеристики человека; 3) уподобление растений животным; 4) внутренние характеристики человека. Использование фитометафор характерно для оригинального и переводного текстов (их смысловая и прагматическая эквивалентность - предмет специального исследования); особо следует отметить случаи использования итальянским переводчиком фитометафор, когда в оригинальном тексте они отсутствуют, например итальянская фитометафора piantone (дневальный). Анализ русских, итальянских и французских словарей и текстовых корпусов позволяет сделать вывод о том, что метафора «дневальный, солдат, караульный» является сематической калькой с французского. Рассматривается эквивалентность перевода русской текстовой единицы и соответствие выбора переводчика смысловой и стилистической системе текста. На примере слова piantone (дневальный) подробно рассматривается случай, когда фитометафора, не содержащаяся в оригинальном тексте, появляется при переводе этого текста на итальянский язык. Проанализированы характерные особенности переносного значения данного фитонима в русском и итальянском языках, а также исследована мотивация переводчика при выборе метафоры piantone (дневальный) в переводе текста.
Collapse )