December 14th, 2019

Надежда Колганова. К вопросу об онтологии поэтического бытия Шаламова

Статья опубликована в сборнике материалов "Поезд Шаламова. Проблемы российского самосознания: судьба и мировоззрение В.Т. Шаламова (к 110-летию со дня рождения)", М. Голос, 2017. Электронная версия - на сайте Институра философии РАН.

__________


К вопросу об онтологии поэтического бытия В. Шаламова

Первые стихи Шаламов, как известно, написал, ещё будучи на Колыме. Художественный мир писателя был смоделирован и предопределён жестокими условиями заточения и наблюдением за фактами «расчеловечевания». «Поэзия — это, прежде всего, судьба, итог длительного духовного сопротивления, итог и в то же время способ сопротивления». <...> Это и опыт, личный, личнейший опыт, и найденный путь утверждения этого опыта — непреодолимая потребность высказать, фиксировать что-то важное, быть может, важное только для себя»1, — писал Варлам Тихонович в «Четвёртой Вологде». И, несомненно, благодаря осмыслению личного опыта и пройденного пути сформировалась неповторимая онтология поэтического бытия автора.
Под поэтической онтологией, вслед за О.В. Зыряновым, я понимаю «концептуальное “ядро” поэтического мира, аксиологическую систему, выраженную в абстрактных схемах и оппозициях, таких, к примеру, как хронотоп (структура пространства и времени) и концепция личности»2.
Структурно пространство поэзии Шаламова можно представить как несколько координат и уровней: земля — небо; юг — север, восток; яма, пещера — гора. Через мотивы зимы, вьюги выражается взаимосвязь разных уровней этого пространства и очерчиваются его границы.
Например, в стихотворении «Опять метель пойдет вприсядку...» мы наблюдаем два пространства: одно — мир воспоминаний, мир живой, наполненный звуком (свистом ветра), движением и цветом:

И мы бежим на разноцветный,
Горящий плошками каток.
Нас тянет юношеский ветер
И в уши свищет, как свисток3.

Collapse )