laku_lok (laku_lok) wrote in ru_prichal_ada,
laku_lok
laku_lok
ru_prichal_ada

Category:

Алексей Маркин. Леонид Ефимович Пинский

Поведение человека во многом обусловлено людьми, которыми он себя окружает и с которым знается не "по службе", т.е. в случае Шаламова не хождениям по редакциям и коммунальному быту, а по душевной склонности и общему делу. Одним из таких людей был Леонид Пинский, составивший вместе с автором самиздатский пятитомник его колымской прозы, без изменений перекочевавший в канон. О Пинском написано достаточно много, но в основном равнодушно-апологетического: ученый, полиглот, экциклопедист, просветитель. Все это говорит не столько о личности, сколько о каталожных ячейках, по которым человека распихивают, чтобы знать, с чем его едят.
Ниже отрывок из статьи Алексея Маркина, кандидата филологических наук, доцента кафедры зарубежной литературы екатеринбургского Уральского университета "Трагик в провинции: Шекспир в Свердловске шестидесятых - семидесятых". Статья написана о режиссере Григории Козинцеве, экранизировавшем шекспировских "Лира" и "Гамлета", и кроме прочего останавливается на его друге Леониде Пинском, авторе фундаментальных трудов о литературе эпохи Возрождения и Шекспире как ее интегральной части. Опубликована в сборнике научных трудов "Павермановские чтения. Литература. Музыка. Театр", Екатеринбург, изд. "Кабинетный ученый", 2017.
К сожалению, Маркин не конкретизирует, о каким именно свидетелях идет речь.

__________


Почти ровесником Козинцева и человеком того же культурного типа был литературовед Леонид Ефимович Пинский. Его аудитория, конечно, была на несколько порядков уже, но влияние он оказал не менее глубокое, а его трактовка Шекспира была столь же симптоматичной. «Шекспир» Пинского, опубликованный в 1971 г., — это тот случай, когда литературоведение преодолевает самое себя, становится литературной эссеистикой самого высокого класса. Только в России эссеистика — низкий жанр, во всех прочих странах к эссеистам относятся серьезно. Эссеистами были Монтень, Паскаль, Ларошфуко, Рескин, Карлейль, Ницше, Бергсон. Книга Пинского — пожалуй, нелегкое, но увлекательное чтение, доставляющее радость эстетического, а не только интеллектуального свойства.
С Григорием Козинцевым они были друзьями, сотрудничали, хотя не следует преувеличивать степень влияния Пинского на Козинцева или наоборот.  <...>
Когда Пинский писал о том, что от человека зависит не момент достойного деяния, но готовность его совершить, он имел в виду, что сам был готов.
Леонид Ефимович Пинский родился в 1906 г., преподавал в легендарном ИФЛИ, был ополченцем, в 1951 г. по доносу Якова Эльсберга был арестован и осужден, реабилитирован в 1956 г. По возвращении стал одной из крупнейших фигур диссидентского движения. Гостями его «пятниц» были Варлам Шаламов, Венедикт Ерофеев, Александр Галич, Виктор Некрасов; его друзьями и знакомыми были Надежда Мандельштам, Евгения Гинзбург, Григорий Померанц, Борис Чичибабин, лианозовцы. Его подпись стоит во многих петициях и коллективных письмах в защиту политзаключенных.




Из книги Почему Бог спит: Самиздатский трактат Л.Е. Пинского и его переписка с Г.М. Козинцевым; СПб. : Нестор-История, 2019


Немало мемуаристов отмечают исключительные личные качества Пинского: его мужество и честность. В общем, это вдохновляющий образ героического борца с режимом. Но есть и другие свидетельства. Вспоминают высокомерие Пинского, а также его поразительную беспечность. В своей квартире он совершенно открыто хранил материалы, которые, безусловно, могли стать основанием для судебного преследования инакомыслящих. Эти материалы он предоставлял в распоряжение малознакомым и вовсе незнакомым людям, за которых порой не мог поручиться никто из тех, кому он мог доверять. Такие же случайные люди получали доступ на собрания в его квартире. Судя по всему, в диссидентских кружках безответственность была в порядке вещей, но поведение Пинского было каким-то особенно вызывающим. Конечно, в первую очередь рисковал он сам. Подобно своему Гамлету, он был готов принять бой в любой момент: от человека зависит не выбор момента для достойного поступка, но лишь готовность его совершить. Грань между бравадой и провокацией не всегда очевидна. Но одно дело, если человек думает: меня посадят и об этом узнают на Западе, и другое — если он допускает, что кого-то другого посадят, но это пойдет на пользу делу, потому что об этом узнают на Западе. Гамлет тоже не колеблется, убивая и обрекая на гибель. Как заметил герой Джойса ["Улисс"], Гамлеты в хаки стреляют без колебания.
О том, что Козинцев и Пинский раздружились после «Короля Лира», упоминают многие. Бескомпромиссность ученого противопоставляют конформизму художника. Как было на самом деле, не знаю и не хочу знать. Но уверен, что между шекспировскими интерпретациями Козинцева и Пинского есть общность.

Tags: Леонид Пинский, биография, диссиденты, культурный слой
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments